международной научной конференции
«Смеховая культура в России XVIII-XX вв. (Междисциплинарные подходы, проблемы, перспективы)»
Челябинск, 7-8 октября 2011 г.
(в программе возможны изменения)
Как одна из особенностей человеческой природы и человеческой деятельности, осмысление смеха и комического давно и прочно заняло место в философской традиции, начало которой было положено античными авторами (Аристотелем, Платоном и Цицероном), продолжено философами эпохи Нового времени (Р.Декарт, Б.Спиноза, Т.Гоббс, Дж. Локк., И.Кант, Ф.Шеллинг, Ф.Шлегель, Г.Гегель, А.Шопенгауэр и др.), а в ХХ в., выйдя за пределы философии, распространилось на смежные сферы гуманитарного знания – социологию, психологию и этнологию, эстетику, филологию и культурологию, создав, таким образом, обширное междисциплинарное поле. В современных исследованиях уже хрестоматийными стали ссылки на работы А. Бергсона, который в начале ХХ в. одним из первых подчеркнул социальный и групповой характер смеха,
выведя его за пределы категорий чистой эстетики. Значительный вклад в концептуализацию феномена смеха в различных гуманитарных дисциплинах был внесен психологами и психоаналитиками, предложившими различные «функциональные» интерпретации смеха как социального явления (З.Фрейд, М.Истмен, М.Чойси и др.). Общепризнанными на сегодняшний день являются также социологические объяснительные схемы, которые рассматривают смех и комическое как инструмент формирования сплоченности/дифференциации в группе, механизм самоидентификации и способ реализации социального конфликта/примирения. Однако с исторической точки зрения эти преимущественно универсалистские концепции социологии и психологии представляются недостаточно продуктивными.
Во второй половине ХХ в. важные дополнения в теоретический «каркас» осмысления исторических аспектов смеха были предложены в трудах Н. Элиаса о «процессе цивилизации» и эволюции отношения к комическому как части этого процесса; русской семиотической школы (Ю.Лотмана, Б.Успенского), философа Л.В.Карасева, фольклориста В. Проппа и, конечно же, М.Бахтина, чья работа о смеховой культуре эпохи Рабле явилась настоящим прорывом, а предложенная им концепция «народной смеховой культуры» получила международное признание и надолго определила вектор исследований в этой области. Проблематизируя бахтинскую интерпретацию «всепобеждающего народного смеха» как протестного позитива, разрушающего действительность несвободы, А.Я. Гуревич указывает на неразрывную связь смеха и страха в смеховой культуре, и что пародия, гротеск, осмеяние являют собой не отрицание официальной картины мира, но ее оборотную сторону, подтверждающую и утверждающую свою противоположность, способствующую консолидации и складыванию новых традиций. Эта гипотеза представляется плодотворной и для изучения более поздних смеховых культур, в том числе и российской эпохи Нового времени, Модерна и современности. В этот период представления о смешном и комическом и способы их медиализации, с одной стороны, стали меняться гораздо быстрее, а с другой – активно политизироваться, подстраиваясь к нуждам усложняющегося общества.
В целом, участь смеха и комического среди объектов изучения двойственна. В настоящее время смех, юмор, сатира, карикатура заслуженно занимают почетное положение в гуманитарном цехе, образуют важное поле исследования эмоций, телесности, визуальных и вербальных образов, языка и повседневности, коммуникативного поведения и его национальных особенностей. О заметном росте интереса к смеховым культурам свидетельствуют организационное оформление научных национальных и международных научных обществ, избравших смех объектом изучения (Парижское общество по изучению комизма и смеха CORHUM, Международное общество по изучению юмора ISHS) и проводимые в последнее десятилетие тематические конференции и семинары. Однако, вопреки очевидной принадлежности феноменов смеха и комического к органичным объектам сотрудничества различных наук, в междисциплинарных усилиях, нацеленных на изучение смеховой культуры, имеется заметный дисбаланс. Философские, социальные и психологические концепции смеха зачастую отличаются абстрактной аисторичностью, что создает иллюзию универсальности смеховых культур и препятствует их историзации и исследованию их эволюции во времени.
Историки, в свою очередь, нередко впадают в другую крайность. Несмотря на то, что первые пожелания о написании «истории смеха» были высказаны еще в XIX в., «профильные» исторические исследования смеха появились сравнительно недавно, встречаются редко и, как правило, проходят мимо солидного теоретического капитала, накопленного гуманитарным и социальным знанием, преимущественно ограничиваясь характером «case studies» или рассмотрением смеховой культуры и веселья как компонентов параллельного феномена «праздничной культуры». Между тем, не подлежит сомнению, что эффективное исследование смеховых культур как коммуникативных и культурных практик, выполняющих важные функции в жизнедеятельности общества, предполагает проверку теоретических построений на конкретно-историческом материале, требуя в свою очередь от историков овладения концептуальным инструментарием других гуманитарных и социальных наук. Конференция планируется как шаг именно в этом направлении, основывающийся преимущественно на российско-советском материале.
В историческом контексте Российской империи, СССР и постсоветского периода представляется особенно актуальным вопрос о том, как реагировала многообразная российская «смеховая реальность» на головокружительные исторические перемены – от петровских реформ до распада СССР и какое обратное воздействие она оказывала на исторические и политические процессы? Как при этом менялся ландшафт «смеховых культур» и «веселья», их функции и формы? При помощи какого инструментария можно это выявить и интерпретировать? Какие новые перспективы открывает исследование исторических аспектов смеха для понимания действий социальных групп, отдельных индивидов и механизмов власти в тоталитарных и пост-тоталитарных обществах?
Поискам ответов на эти вопросы будет посвящена данная конференция, которая тематически и методически продолжит линию, начатую междисциплинарными конференциями о памяти, опыте, визуальных образах и слухах в истории России Нового времени, организованными Центром культурно-исторических исследований ЮУрГУ в 2004 – 2009 гг. (см. сайт www.kulthist.ru, а также информацию о конференции «Слухи в России XIX – XX вв.» на сайте Германского исторического института в Москве: http://www.dhi-moskau.de/stranicy/meroprijatija/konferenz.html). В обмене мнениями и наработками примут участие философы, филологи, искусствоведы, историки; специалисты из России, Франции, Германии, Швейцарии.
Проблемы, предлагающиеся к обсуждению:
• Смех как объект научных исследований и междисциплинарного диалога Как и в связи с чем смех и смеховая культура приобрели статус объекта научного исследования? Как менялись концептуальные представления об этих феноменах в научном и политическом дискурсах ХХ в.? Каким образом – и с помощью каких стратегий, маневров и операций – научные исследования конституируют смех в качестве «реальных» сущностей и особого способа конструирования реальности?
• Проблемы и трудности ретроспективного исследования смеха как формы коммуникации.
Границы исследовательской рефлексии по поводу смеха и комического прошлых эпох. Репрезентации смеха и комического в культурных и коммуникативных практиках (устная
традиция, письменные источники, пресса, фольклор, анекдоты, частушки, современные/городские легенды и апокрифы, сетевые и мультимедийные ресурсы, эго- документы), перспективы и границы их использования как исторического источника.
• Квалификация и типология смеховых культур и смеховых форм. Особенности семантического поля: смех, веселье, комическое, юмор, сатира, ирония, сарказм, стеб и близкие понятия; проблемы дефиниции, разграничения и взаимодействия. «Экспрессивные», «перформативные», «медиативные», ритуально-символические параметры смеха и возможности их историзации. Смех и комическое как социокультурный конструкт и возможности выявления степени их сконструированности.
• Каналы, особенности формирования, контекстуализации и манифестации смеховых форм и культур. – смех в городе и в деревне, этнические и гендерно-возрастные аспекты, «профессиональный», «интеллектуальный», «элитарный» смех в исторической перспективе. «Смех тела» и «смех ума» и специфика их проявления в России XVIII-XX вв.
• Смех и порождающие его явления (юмор, сатира, сарказм, карикатура и пр.) и эмоции (радость, воодушевление и др.) как инструмент официального господства и контроля, социальной интеграции и дискриминации. Стратегии и методы «работы» государства и государственных медиа с феноменом смеха. Место юмора и сатиры как средства политической дискредитации и возвеличивания. «Санкционированный смех» и конструкт «общественное мнение» - противостояние и/или взаимодействие?
• Смех и исторические действия. Смех как орудие политической и культурной оппозиции
режиму. Смеховая культура как стратегия выживания и примирения с действительностью. «Национальный юмор» и «этнический» смех как средство создания идентичности.
Предварительная программа конференции
Секция 1.
Смех и смеховая культура как теоретико-философская проблема
1. Сыров Василий Николаевич (Томск):
Методологические вопросы изучения смеховой культуры.
2. Карасев Леонид Владимирович (Москва):
Антитеза смеха и стыда и русская несвобода.
3. Азов Андрей Вадимович (Ярославль):
Концепт «хохот» в контексте катастрофичности бытия.
4. Найман Евгений Артурович (Томск):
Смеховая культура и постмодернистская ирония: Ирония как фундаментальный способ
передачи значения.
5. Агафонова Елена Васильевна (Томск):
Смех как орудие сопротивления.
Секция 2.
Смех как коммуникативная практика
6. Троицкий Юрий Львович (Москва):
Коммуникативный потенциал смеха и возможные поломки.
7. Риттершпорн Габор (Париж):
Смех, карнавал и политика в предвоенном СССР.
8. Невежин Владимир Александрович (Москва):
Как шутили большевики: смех и комическое на сталинских застольях 1930-х – 1940-х гг.
9. Цинк Андреа (Базель):
Деконструкция мифа или новая мифология? Смех, пародия, пастиш в текстах Михаила Бахтина и Джудит Батлер.
10. Соколов Андрей Борисович (Ярославль):
Комическое как инструмент идентификации Другого (по описаниям англичан в литературе путешествий конца XVIII – первой половины XIX в.).
11. Загидуллина Марина Викторовна (Челябинск):
Классические смеховые тексты в диахронном аспекте: факторы и границы официальной интерпретации.
Секция 3.
Репрезентации смеха
12. Янковская Галина Александровна. (Пермь):
Галерея «Улыбка». Опыт каталога визуальных образов эпохи сталинизма.
13. Нарский И.В. (Челябинск):
«Заряд веселости»: С(т)имуляция радости в советской танцевальной самодеятельности.
14. Бессмертная Ольга Юрьевна (Москва):
Спор авангардисткой и соцреалистической утопий: «Веселые ребята» - почему не «Пастух из Абрау-Дюрсо?» (два сценария первой советской музыкальной комедии).
15. Конышева Евгения Владимировна (Челябинск):
Пространство оптимизма: советский город сталинской эпохи как декорация к спектаклю.
16. Коновалова Лариса Владимировна (Тюбинген):
Инсценирование веселья на советских детских праздниках.
17. Рольф Мальте (Бремен):
Поющая и смеющаяся Литва.
18. Хмелевская Юлия Юрьевна (Челябинск)
Иронизация советской власти в американских текстах начала 1920-х гг.
19. Познер Валери (Париж):
Серьезные споры о легком жанре, или из чего не вышла советская кино-комедия.
Секция 4.
Государственно контролируемый смех
20. Сарторти Розалинде (Берлин):
Дружеский шарж как форма государственно контролируемого смеха.
21. Шиллинг Таджио (Берлин):
Оскорбительные слова: Смех и насилие при дворе Сталина.
22. Голубев Александр Владимирович (Москва):
«Звериный стиль» в советской политической карикатуре (по материалам журнала «Крокодил»).
23. Чернова Нина Викторовна (Магнитогорск):
«Смешного бояться - правды не любить»: реалии Магнитогорска 1930-х - н. 1940-х гг. сквозь призму сатиры.
24. Токарев Василий Александрович (Магнитогорск):
Земляки пана Дызмы и гримасы советской Мельпомены (1939-1941).
25. Макаров Алексей Николаевич, Макарова Надежда Николаевна (Магнитогорск):
Смешно о серьезном: «боевое искусство карикатуры» в Магнитогорске в 1930-е гг.
26. Фокин Александр Александрович (Челябинск):
«Смех в зале»: комическое на партийных съездах (50-60-е гг. 20 в.).
Секция 5.
Смех как средство сопротивления и приспособления «снизу»
27. Колоницкий Борис Иванович (Санкт-Петербург):
Керенский как объект осмеяния.
28. Сальникова Алла Аркадьевна (Казань):
Смех сквозь слезы: комическое и трагическое в «детских» текстах о революции 1917 года.
29. Регамэ Амандин (Париж):
Над кем смеются в «Нашей Russia»?
30. Никонова Ольга Юрьевна (Челябинск):
Смех в "закрытом" городе: над чем и как шутили челябинцы в первые послевоенные
десятилетия
